"Гражданский брак"

25.11.1866

Комедия в 5-ти действиях

Александринский театр. Основная сцена

1866

Бенефис артиста П.И. Зуброва

Первое действие происходит в деревне одной из Приволжских губерний, остальные - в Петербурге. Между 1-м, 2-м, 3-м и 4-м действиями проходят по нескольку месяцев, а между 4-м и 5-м - три года Спектакль прошел 29 раз: в сезоне 1866/1867 гг. - 21 раз в сезоне 1867/1868 гг. - 6 раз в сезоне 1868/1869 гг. - 2 раза «С тех пор, как цензура драматическая стала немного снисходительнее, русский театр стал отзывчивее ко всем современным вопросам. Заговорили о гражданском браке и явилась комедия Чернявского «Гражданский брак»; комедия эта наделала много шуму до представления. Цензура и театрально-литературный комитет одобрили ее к представлению. Зубров взял ее себе в бенефис и по обыкновению за четыре дня выпустил афишу; афиша попалась на глаза шефу жандармов, тот поскакал к министру внутренних дел за объяснением, вследствие которого пьесу задержали и бенефис Зуброва отложили. По пересмотре пьесы с таким страшным названием, оказалась она очень невинною и написанною вовсе не с целью восхвалять браки без церковного благословения. Под словом гражданский брак» автор разумел не то, что разумеют под этим названием на Западе, а только внебрачные союзы, или любовные связи, и выставил всю их безнравственность и вред, от них происходящий. Некоторые двусмысленные фразы, которые могли бы быть неправильно перетолкованы, были исключены и вообще пьеса немного сокращена. Господин Чернявский, тяжко больной, лежал в то время в Обуховской больнице и потому все сокращения были сделаны без его участия, а, может быть, даже и без его ведома. В таком исправленном виде «Гражданский брак» был прочитан в Зимнем дворце самим П.А. Валуевым и при его мастерском чтении пьеса очень понравилась. Вслед затем запрещение сняли и Зубров сделал отличный сбор. Посмотрев комедию с модною заголовкою, публика конечно убедилась, что эта пьеска — не что другое, как подражание французским бульварным мелодрамам с обычною невинною жертвою, негодяем соблазнителем и резонером с пошлою моралью. Струйская 1-я, выбравшаяся наконец на первый план, после удаления Брошель, произвела фурор в роли несчастной жертвы — Любовь Павловны; сцена смерти от чахотки произвела большое впечатление. Самойлов — Новоникольский вышел весьма типичным бурсаком». (А.И. Вольф. Хроника Петербургских театров. Ч. 3. С. 35 - 36)