Персоналии
Горин-Горяйнов Борис Анатольевич, артист
Горин-Горяйнов Борис Анатольевич, артист
Персоналия
Горин-Горяйнов Борис Анатольевич
Годы жизни
06(18).11.1883, Петербург - 15.04.1944, Ленинград, похоронен на Литераторских мостках Волковского кладб.
Вид деятельности
Звание
Заслуженный артист РСФСР (1935)
Период работы в театре
Биография
Сын актера АТ А.М. Горин-Горяйнова. Специального актерского образования не получил, занимался с отцом. В 1901–1904 учился на юридическом факультете Петербургского университета, параллельно выступал на сценах Немецкого клуба, Василеостровского театра. В 1904–1905 работал в провинции (Киев, Одесса, Бендеры, Конотоп, Сумы). Играл в  Новом театре Л.Б. Яворской в 1905–1908 — в сп. «Дама с камелиями», «Заза» и др. Был в составе труппы на гастролях в Вене и Белграде. Служил с 1908 по 1911 в Театре Корша. В 1911 по рекомендации М.Г. Савиной дебютировал в АТ — в роли Балагалаева («Завтрак у предводителя, или Полюбовный дележ»), затем сыграл Хлестакова, заменив в этой роли Р. Аполлонского и снискав славу исполнителя, наиболее точно отображающего замысел автора. Заявил о себе прежде всего как актер комедийного дарования, мастер сценического портрета с  виртуозной техникой, которому доступны самые разнообразные краски. Это проявлялось в таких ролях, как профессор Хиггинс («Пигмалион»), Митрофанушка («Недоросль»), Фадинар («Соломенная шляпка»), Расплюев («Свадьба Кречинского»), Крутицкий («Не было ни гроша, да вдруг алтын»), кавалер Рипафратта («Трактирщица») и др. К лучшим созданиям артиста относили Тарелкина (1917), в образе которого отчетливо выявлялись трагикомические черты. О его Фигаро (1918), например, говорили как о роли, в которой смелая и умная дерзость ведения диалога сочетается с утонченностью общего рисунка. О Репетилове («Горе от ума») писали: «Горин-Горяйнов как бы отказывается от грибоедовского текста (не  выкидывая в  нем, конечно, ничего), перефразирует его по-своему, расставляет Грибоедову новые, иные знаки препинания, разбивая иные фразы на осколки, прессуя другие вместе. Все это важно и интересно не только потому, что это хорошо, выходит талантливо и убедительно, но потому, что все это осознанно, потому, что в этом есть закон, художественный прием, раздвигающий рамки, в  которые включена роль» (Красная газ., веч. вып. 1922. 3. окт. — Е.К. [Е.М. Кузнецов]). Крупная удача актера в пору зрелости — Санчо Панса, сыгранный с  пониманием эволюции образа, постепенным раскрытием черт героя, который вовсе не смешон, но умеет веселить других. В создании спектакля по Сервантесу (инсц. Чулкова) в 1933 Горин-Горяйнов участвовал как режиссер совместно с Б. Сушкевичем. (Сыграл он Санчо Пансу и в булгаковской версии великого романа на сцене АТ в  1941.) «С  первого шага на сцене ожил самый естественный, самый правдоподобный Санчо Панса. В игре Горин-Горяйнова много непосредственного, интуитивно безошибочного». Актер «избежал комизма резкого, отрывистого, он играет своего Санчо с полным уважением к нему, облагораживая роль» (Берковский Н.Я. Литра и театр. М., 1969. С. 440). В режиссерской деятельности Горин-Горяйнов уже не являлся новичком — ставил «Короля Дагобера» Ривуара (1919), «Бедного Йорика» Тамайо-и-Бауса (1922). Выступить в режиссерском дуэте Горин-Горяйнову пришлось еще и с В. Дудиным на пост. «Чужого ребенка» (1934). Актерские создания Горин-Горяйнова отличались оригинальностью, сложностью, объемностью, это всегда был «острый по рисунку и  сочный по лепке театральный образ» (Сов. иск-во. 1934. 11 апр. С. 2. — П. Новицкий). В классической драматургии таковы были его Кочкарев («Женитьба»), Болингброк («Стакан воды»), Сганарель («Дон Жуан»), Антон Мурзавецкий («Волки и овцы»), Оргон («Тартюф»). Участвовал не только в спектаклях по классике, но в пьесах современных авторов — Луначарского («Бархат и  лохмотья»), Билль-Белоцерковского («Штиль»), Киршона («Рельсы гудят», «Суд»), Ромашова («Огненный мост», «Бойцы», «Родной дом»), Либединского («Высоты»), Шкваркина («Чужой ребенок»). На счету Горин-Горяйнова несколько ролей в кино («Оборона Севастополя», 1911, «Хромой барин», 1928, «Поручик Киже», 1934, «Варежки», 1942). Во время Великой Отечественной войны отказался от эвакуации в Новосибирск, оставался в блокадном Ленинграде, выступал в  госпиталях, выпускал стенгазету, поддерживающую боевой дух ленинградцев, по воспоминаниям очевидцев, вел себя героически. Соч.: Мой театр. опыт. Л., 1939; Кулисы. Л., 1940; Федор Волков: Роман-хроника. Ярославль, 1942; Актеры: Из восп. Л.; М., 1947. Лит.: ТЭ; Н. а. РСФСР орденоносец Борис Анатольевич Горин-Горяйнов: Сорок лет сц. деятельности. Л., 1941; Актеры и режиссеры. М., 1928. С. 289–292; Малютин Я.О. Звезды и  созвездия. СПб., 1996. С. 70–84; Век петерб. кино: Сб. науч. трудов, СПб., 2007. С. 267. Арх.: СПбГМТиМИ. Ф. 50. Адушева, Н. Горин-Горяйнов Б.А. // Национальный драматический театр России. Александринский театр. Актеры, режиссеры : энциклопедия... — Санкт-Петербург : Балтийские сезоны, 2020. — С. 222.